Следующая публикация, посвящённая машинам Корсакова, выйдет только в 1961 году.
№ 10
НОВЫЯ КНИГИ
9. Aperçu d’un procédé nouveau d’investigation au moyen des machines à comparer les idées; par S. Karsakof, avec deux planches, St. Pétersbourg, 1832, 8-vo, pp 22. (Взглядъ на новый способъ разсужденія, при помощи машинъ для разбора понятій, соч. С. Корсакова.)
«Взглядъ на новый способъ разсужденія…?» Такъ точно; я не ошибся: «Взглядъ на новый способъ разсужденія при помощи машинъ для разбора понятій!..» Понимаете ли вы, господа?..… Впрочемъ это очень просто и понятно. «Взглядь на новый способъ разсужденія…» Знаете ли вы Механику?… Не знаете!… Вотъ, это досадно. А когда бы вы знали Механику такъ, какъ я и Авторъ этого взгляда, то мигомъ поняли бъ, въ чемъ состоитъ дѣло.
Какимъ бы образомъ дать вамъ понятіе о дивномъ изобрѣтеніи Автора «Взгляда?…» Изволите видѣть: Механика есть вещь удивительная; при пособіи ся люди изобрѣли часы съ кукушкою, парики съ пружинами, молотильныя машины, корсеты à procédé, пароходы и механическіе вертела, — словомъ, изобрѣли все, что только было нужно для ихъ украшенія з величія и счастія.
Поѣзжайте, прошу, на Александровскую Мануфактуру, и взгляните на эту огромную массу нѣмой, мокрой летучей силы, сжатой человекомъ въ комокъ, и, почти на его ладони, играющей исполинскими колодами желѣза, приводящими въ движеніе тысячу рычаговъ, колесъ и пружинъ, которыя чешутъ бумагу, прядутъ нити, ткутъ салфетки, дѣлаютъ щетки изъ проволоки, рисуютъ королей, дамъ и вадѣлываютъ, и въ одно мгновеніе ока сдаютъ вамъ сотни тузовъ и полныя горсти козырей, — и вы составите себѣ первое понятіе о безчисленныхъ благодъяніяхъ Механики для рода человѣческаго.
Теперь скажите мнѣ, отъ чего происходитъ безпримѣрное въ Исторіи богатство и могущество Англіи? Вы, можетъ статься, думаете, что Англичане…» дошли до того своимъ умомъ и трудолюбіемъ?… Ни чуть! Они дошли до того посредствомъ Механики: ихъ богатство есть попросту вещь механическая: и мы сами, если бъ только захотѣли, могли бъ построить себѣ такія же машины для выдѣлки богатства, и были бы столь же богаты, какъ и они, — но мы этого не хотимъ: мы можемъ достать себѣ денегъ, сколько намъ нужно, заложивъ имѣніе въ Банкъ. Далѣе: по послѣднимъ исчисленіямъ, въ Англіи находится 82,000 разнаго рода машинъ въ полномъ дѣйствіи, не считая обыкновенныхъ хозяйственныхъ станковъ и орудій; сила этихъ машинъ равна 108 милліонамъ силъ человѣческихъ, то есть, онѣ ваютъ въ годъ именно столько издѣлій, сколько могли бъ выдѣлать ихъ 108 милліоновъ людей, если бъ вся работа производилась руками. И такъ народонаселеніе Великобританіи должно считать не въ 22 милліона душъ, какъ обыкновенно полагаютъ, но
душъ живыхъ, обоего пола……………………..22 мил.
душъ желѣзныхъ, мѣдныхъ и деревянныхъ………….108 мил.
—————————————
И того 130 мил.
Вотъ вся теорія ихъ богатства! Эти люди ѣдятъ и пьютъ только за 22 милліона душъ, а работаютъ за 150 милліоновъ. Тоже самое могли бъ и мы сдѣлать, если бъ захотѣли: не правда ли? Слѣдственно, нѣтъ сомнѣнія, что богатство и благосостояніе народное есть вещь механическая, и что для этого ума ни сколько не нужно.
Но умъ, скажете вы, нуженъ для изобрѣтенія и постройки машинъ?… Оно такъ! — По крайней мѣрѣ по сю пору всѣ такъ думали: и на это, слава Богу, у насъ еще достало бъ ума; но вотъ Авторъ лежащаго передъ нами «Взгляда» доказываетъ, какъ дважды два четыре, что и тутъ можно обойтись безъ него; доказываетъ ясно, по-Французски, на двадцати двухъ печатныхъ страницахъ, съ двумя литографированными рисунками, что дѣйствіе разсужденія, что всѣ вообще дѣйствія нашего ума, то-есть вещь механическая, и что поэтому, подумав хорошенько, можно придумать такую машину, которая сама будет рассуждать и выводить умозаключения, — и даже разсуждать умнее самихъ людей, потому, что у нее не будетъ ни страстей, ни прихотей, ни модъ, ни предразсудковъ, ни каретъ, ни взятокъ, ни наушниковъ, ни бабъ, ни льстецовъ, ни попугаевъ, ни глупыхъ женъ. Это не я говорю, а Сочинитель «Взгляда;» но я съ нимъ совершенно согласенъ. Однимъ словомъ, можно выдумать такую машину, которая сама будетъ изобретать всякія машины, нужныя для нашего благоденствія, и совершенно замѣнить мнѣшнія наши головы. Тогда головы соделаются совсѣмъ для насъ безполезными: мы можемъ завернуть ихъ въ бумагу, и спрятать въ сундукъ вмѣстѣ съ параднымъ форменнымъ платьемъ, для большаго праздника, или заложить въ Банкъ. Не знаете ли, любезный читатель, сколько даютъ тамъ рублей взаймы подъ залогъ такой головы, какъ, напримѣръ, моя, или какъ, напримѣръ, ваша?… Онѣ, кажись, ничего!… Что нибудь да отпустятъ намъ за нихъ, при случаѣ.
Но не думайте, чтобъ это было одно только предположеніе, одна мысленно постигаемая возможность изобрѣтенія подобной машины. — Авторъ Взгляда сдѣлалъ гораздо болѣе: послѣ этого вступленія, онъ принялся за дѣло, и не шутя выдумалъ такую машину самодумку, и не одну, а цѣлыхъ пять, различной величины и пользы. Всѣ онъ нарѣчены по-Гречески, въ память того, что древніе Греки худо знали Механику. Первая изъ нихъ называется Омеоскопъ прямолинейный съ неподвижными веретенами; вторая Омеоскопъ прямолинейный съ подвижными веретенами; третья Омсоскопъ плоский, съ клавитурою: это родъ фортепіана для умственныхъ разсужденій; четвертая Идеоскопъ…. но что напрасно заниматься названіями! Лучше я вамъ растолкую, къ чему эти машины служатъ, и какъ ихъ надобно употреблять.
(Окончаніе впредь.)
№ 11
НОВЫЯ КНИГИ.
Окончаніе статьи о книгѣ: Взглядъ на новый способъ разсужденія, и пр.
Сіи машины служатъ ко всему: посредствомъ ихъ можно думать, придумывать, раздумывать, сравнивать, соображать, совѣтовать, судить, рядить, вести переговоры, заключать трактаты, писать диссертаціи, заказывать обѣдъ на сто кувертовъ, управлять имѣніемъ и лечить всякія болѣзни. Да!.. и лечить болѣзни, аллопатически, омеопатически, романтически, по любой методѣ, какъ кому угодно. Уѣзжая со двора, можно даже одну такую машину оставить своей женѣ, съ тѣмъ, чтобъ она, во всякомъ затруднительномъ случаѣ, — прійдугъ ли къ ней ваши кредиторы, или ея знакомцы, молодые Поручики, — была въ состояніи составить себѣ правильное умозаключеніе, и отклонить отъ вашего кармана и вашей головы всѣ ихъ рогатые силлогизмы.
Машины эти сдѣланы такъ, что стоитъ только бросить въ нихъ какое нибудь понятіе, какой нибудь помыслъ, со всѣми его обстоятельствами и подробностями, — хоть бы ихъ было тысяча, десять тысячъ, даже цѣлый милліонъ, — и привести ее въ движеніе: вдругъ это понятіе начинаетъ въ ней бродить, разлагаться, переработываться, точно такъ же, какъ въ самой лучшей головѣ человѣческой, — начинаетъ сочинять предложенія, разбирать и сравнивать доводы, составлять изъ нихъ мысли, и, наконецъ, выкидываетъ вамъ прямо подъ ноги результатъ, то есть, строгое логическое умозаключеніе, подобно тому, какъ чеканная машина на Монетномъ Дворѣ выкидываетъ медаль въ память вашего посѣщенія.
Но это не все: вы знаете, что во время переработыванія понятія въ головѣ человѣческой, разныя его частицы, мѣшаясь, сталкиваясь и мимоходомъ соединяясь однѣ съ другими нерѣдко производятъ весьма странныя четы, весьма забавные узоры, довольно похожіе на мысли, и обыкновенно называемые остротами. Для собесѣдниковъ это самая пріятная и интересная часть дѣйствія органовъ чужаго мозга, пережевывающаго данное понятіе: потерять ее при производствѣ размышленій на машинѣ, значило бъ потерять всю прелесть размышленія вслухъ, или бесѣды. Что жъ придумалъ Авторъ «Взгляда,» въ избѣжаніе сего неудобства, и для сообщенія своей выдумкѣ всевозможнаго совершенства?… Очень простое средство. Онъ говоритъ, что нѣтъ ничего легче, какъ устроить внутри его машины колокольчикъ или кукушку, которые тотчасѣ известятъ васъ, какъ скоро, во время валянія понятія на самодумкѣ, случайное сочетаніе разныхъ частицъ его представитъ что нибудь остроумное или замысловатое. Авторъ, кажется, предпочитатѣ колокольчикъ: по мнѣ болѣе нравится кукушка. Вообразите себя только, какъ это пріятно и притомъ удобно. Сделавъ выкладку своего понятія на машинѣ-самодумкѣ, вы приказываете слугѣ ворочать рукоятку, а сами садитесь играть съ гостями въ карты или лѣпить для дамъ собачекъ изъ воску. Вдругъ слышите вы куку! — Вы бросаете все, бѣжите къ вашей самодумкѣ, и находите готовую остроту — колкую, отличную, превосходную, которую повторяете вслухъ, къ неизъяснимому удовольствію цѣлаго собранія. Гости смѣются, а вы между тѣмъ спокойно продолжаете играть или лѣпить, — какъ будто ничего не бывало, — доколѣ самодумка опять не прокукуетъ.
А что касается до порядка употребленія этихъ машинъ, то это другое дѣло: онъ такъ простъ, что даже кошка, умѣющая только вертѣть своею лапкою, могла бъ разсуждать на нихъ о Политической Экономіи съ семью Греческими мудрецами. Вы, напримѣръ, желаете опровергнуть доказательства вашего противника…. Нѣтъ! это слишкомъ просто!… Вы, напримѣръ, желаете лечиться по самодумкѣ: стоитъ только сдѣлать на ней выкладку вашего понятія. Само собою разумѣется, что вы не знаете Медицины, и не умѣете наименовать вашей болѣзни. Но вы, по крайней мѣрѣ, можете сказать, гдѣ ощущаете боль, и какую именно. И такъ, вы чувствуете, что у васъ болитъ голова; что пульсъ вашъ бьется сильно и быстро; что у васъ подергиваетъ в пятѣ, колетъ въ боку, мелькаетъ въ глазахъ, свербитъ въ носу, звенитъ въ ухѣ, и т. д. Вы берете нѣсколько лоскутковъ бумаги, и пишете на каждомъ изъ нихъ особо: — Голова болитъ. — Пульсъ бьется сильно. — Свербитъ въ носу, и т. д.; бросаете эти лоскутки въ машину, начинаете ворочать рукоятку и, послѣ десяти, пятнадцати поворотовъ, открывъ придѣланный снизу ящикъ, — глядь! — находите въ немъ и названіе вашей болѣзни, напримѣръ, Monomania homeopathico-machinalis, и рецептъ, съ прописаніемъ лекарствъ, какія должно принимать противъ ней. Ну, что? какъ вамъ кажется это изобрѣтеніе?… Да здравствуетъ Механика!
Свѣтъ быстро подвигается къ совершенству. Когда Перкинсъ выдумалъ свои паровыя пушки, которыя стрѣляютъ по 1500 ядеръ на минуту, и свою паровую мортиру, изъ которой обязывался онъ бросить бомбу изъ Англіи во Францію, я былъ увѣренъ, что скоро не станетъ на землѣ ни армій, ни военныхъ походовъ; что когда два Государства разсорятся между собою, то они отрядятъ только двоихъ Механиковъ, которые выйдутъ за границу, выстроятъ боевыя машины, и станутъ палить по нимъ съ обеихъ сторонъ; и Правительство, машины коего будутъ сбиты прежде, необходимо признаетъ себя побѣжденнымъ.
Но теперь, послѣ изобрѣтенія Омеоскоповъ, или самодумокъ, я утверждаю положительно, держу пари сто противъ десяти, что чѣрезъ пятнадцать даже не будетъ въ Европѣ ни Судовъ, ни Палатъ. И зачѣмъ платить судьямъ и совѣтникамъ; зачѣмъ давать имъ чины, аренды и подарки, когда можно имѣть судей и совѣтниковъ деревянныхъ; когда можно поставить вокругъ судебнаго стола двенадцать машинъ самодумокъ, завести ихъ надлежащимъ образомъ, и велеть имъ разбирать дѣла и выкидывать готовыя рѣшенія?… Прибавьте къ тому, что если Авторъ говоритъ правду, — чему я легко вѣрю, — что машины его не имѣютъ ни страстей, ни прихотей: гдѣ же найдете вы судей и совѣтниковъ, такихъ благонадежныхъ и такихъ дешевыхъ?… И какая выгода для насъ, смертныхъ, которымъ, какъ всему свѣту известно, пріятнѣе гулять, чѣмъ работать!… Да намъ, людямъ, тогда совсѣмъ ничего будетъ и дѣлать! Развѣ только, отъ скуки, расхаживать вокругъ судейскихъ машинъ, засунувъ руки въ карманы, и по временамъ подмазывать въ нихъ пружины?…
А подмазывать все-таки нужно?… Вотъ, это плоховато! Нельзя ли, для этого рода дѣлъ, надѣлать такихъ машинъ, чтобъ судили да рядили безъ всякой примазки?… Постойте: мы подумаемъ объ этомъ съ почтеннымъ изобрѣтателемъ Омеоскопа и Автора «Взгляда на новый способъ „разсужденія при помощи машинъ для разбора понятій.“» Кажется, что устранимъ это неудобство…. Но теперь другая мысль приходитъ мнѣ въ голову; мысль прекрасная, единственная… Эй! кто тамъ?.. Григорій!… позови ко мнѣ поскорѣе плотника Ѳокина: велю ему тотчасъ сдѣлать для меня одну такую самодумку съ кукушкою, — вотъ именно по этому рисунку Автора, — и буду на ней разбирать книги для Сѣверной Пчелы, начиная со «Взгляда на новый способъ разсужденія.» На что мнѣ напрасно ломать себѣ голову, когда я могу сдѣлать то же на машинѣ?… Буду непремѣнно имѣть самодумку: и если вы, господа, гдѣ нибудь на дняхъ услышите — куку! то прибѣгайте ко мнѣ въ Прачешный переулокъ: навѣрное найдете остроту. Вотъ будемъ смѣяться!… Но поблагодарите за нее не меня, а Сочинителя «Взгляда.» Suum cuique. ССС.
ССС [Булгарин В.Ф.?]. [Статья о книге] Взглядъ на новый способъ разсужденія, при помощи машинъ для разбора понятій, соч. С. Корсакова. // Северная пчела : политическая и литературная газета. — СПб. : Тип. Н. Греча, 1833. — № 10. — С. 37-39, № 11. — С. 42-44, [ Оригинал газеты ]
№ 44
ФИЛОСОФИЯ.
О НОВОЙ КНИЖКѢ.
Читатели Съверной Пчелы безъ сомнѣнія помнятъ весьма остроумный (помѣщенный въ №№ 10 и 11) Разборъ книги подъ заглавіемъ: Взглядъ на способъ разсужденія при помощи машинъ для разбора понятій. Соч. С. Карсакова. — (Aperçu d’un procédé d’investigation au moyen de machines à comparer les idées).
Критикъ, упомянувъ въ разборѣ семъ о чудесныхъ дѣйствіяхъ Механики, помощію коей устроены нынѣ великія машинныя средства, составляющія причину богатства и могущества народовъ, прибавляетъ, что не менѣе того для изобрѣтенія машинъ признавалось до сего времени необходимымъ участіе ума; но что будто бы теперь способность сія сдѣлалась вовсе излишнею послѣ открытія, изложеннаго въ вышеупомянутой книгѣ, гдѣ будто бы доказано: что посредствомъ изобрѣтенныхъ Сочинителемъ оной машинъ самодумокъ, можно: думать, сравнивать, совѣтовать, судить, заключать трактаты, писать диссертаціи, заказывать обѣдъ на сто кувертовъ, управлять имѣніемъ, лечить болѣзни, составлять остроты, и наконецъ, что машины тѣ столь просты, что кошка можетъ разсуждать на нихъ о Политической Экономіи съ семью Греческими мудрецами.
Читая съ постояннымъ удовольствіемъ упомянутый разборъ, я, какъ вѣроятно и всѣ читатели Съверной Пчелы, искренно смѣялся надъ машинами самодумками, и невыгодное мнѣніе о разобранной книгѣ осталось до тѣхъ поръ, пока случай не заставилъ меня прочесть самую книгу.
Небольшая упомянутая книжка раздѣляется на два отдѣленія, такъ сказать, теоретическое и практическое. — Изъясняя въ послѣднемъ приложенные рисунки, Сочинитель кратко излагаетъ въ первомъ изъ нихъ основную идею, состоящую въ томъ, что какъ въ Природѣ вообще, такъ и въ человѣкѣ въ частности, существуютъ два различныя, но нераздѣльныя начала: духъ и матерія; что всѣ вообще дѣйствія началъ сихъ, т. е. всей Природы, производятся механически; что если уму человѣческому дана способность размышленія и изобрѣтать, то матеріи предоставлено исполнять и производить явленія (феномены); и что въ слѣдствіе того самыя идеи и понятія наши, проявляясь матеріально, осуществляются и сообщаются также механически, а именно знакомъ, словомъ и письмомъ. – Далѣе Сочинитель Взгляда, къ сожалѣнію чрезмерно кратко, едва послѣдовательно, упоминаетъ, что таковыя дѣйствія ума, т. е. составленіе, изъ данныхъ понятій, идей и умозаключеній, производятся сами въ свою очередь по извѣстному закону, способомъ сравненiя.
Вотъ основная мысль Сочинителя Взгляда, мысль, выведенная впрочемъ изъ началъ, утвержденныхъ Философіею.
Зная изъ вѣковыхъ опытовъ, сколь много изобрѣтенныя человѣкомъ средства помогали большему развитію многочисленныхъ духовныхъ способностей нашихъ, Сочинитель Взгляда испробовалъ представить матеріально самое дѣйствіе, умомъ нашимъ совершаемое. А какъ идеи составляются чрезъ сравненіе понятій, и осуществляются механически, – то Сочинитель Взгляда, изобразивъ данныя понятія знаками (какъ въ его омеоскопѣ) и заставивъ ихъ дѣйствовать – сходно съ порядкомъ, при составленіи идеи происходящимъ, полагаетъ возможнымъ достигнуть, придуманнымъ на сей конецъ механизмомъ, до полученія извѣстныхъ результатовъ.
Таковое предположеніе Сочинителя Взгляда, заслуживая во всякомъ случаѣ вниманіе, нашло уже защитниковъ и противниковъ.
Первые, въ доказательство возможности полученія изъ данныхъ понятій, при извѣстныхъ условіяхъ, надлежащихъ механическихъ заключеній, приводятъ, что въ семъ случаѣ таковой механизмъ ни сколько не есть саморазсуждающее произведеніе, но только изображающее ходъ ума; а потому есть изобрѣтеніе, могущее служить къ дальнѣйшимъ любопытнымъ выводамъ, и даже вѣроятно дѣятельно споспѣшествовать къ раскрытію дѣйствій высшей человѣческой способности; что умъ нашъ, при всей духовности своей, неоспоримо образуется матеріально и развивается механически: ибо развитіе сіе тѣмъ дѣйствительнѣе, чѣмъ употребленная метода образованія совершеннѣе; что всѣ прочія способности человѣка также духовны, совсѣмъ тѣмъ многія уже изъ нихъ получаютъ нарочитое усовершенствованіе чрезъ усиленное дѣйствіе механизма оныхъ или чрезъ переведеніе оныхъ въ матеріальныя формы: такъ зрѣніе, размноженное и усиленное телескопами и микроскопами, открываетъ въ неизмѣримой отдаленности безчисленное множество огромныхъ тѣлъ вселенной и безконечно малыхъ пресмыкающихся существъ нашей планеты; что извѣдавъ механизмъ какого либо явленія Природы, мы въ известныхъ обстоятельствахъ сами производимъ таковыя явленія: такъ производимъ мы электричествомъ громъ и молнію, разныя дѣйствія галванизма и другіе процессы; что мы въ сихъ случаяхъ, такъ какъ и вездѣ, не можемъ родить молнію, но составляемъ оную изъ данныхъ стихій, чрезъ познаніе нужнаго къ тому механизма. Подобно сему и идеи не рождаются, но составляются изъ данныхъ понятій; слѣдовательно на таковое составленіе, т. е. на ходъ ума, можно дѣйствовать и даже въ нѣкоторыхъ случаяхъ матеріально представлять оный. Впрочемъ дѣйствіе на механизмъ ума въ доведеніи онаго къ полученію изъ данныхъ весьма сложныхъ понятій искомаго умозаключенія, дознано уже и употребляется въ особенности въ Высшей Математикѣ: тамъ, предложеніе, заключая въ себѣ(извѣстныя) данныя понятія, доводитъ невидимо до отысканія (неизвѣстныхъ)желаемыхъ результатовъ. — Понятія, представленныя буквою, числомъ или формулою въ вещественныхъ образахъ, дѣйствуя самостоятельно, доводятъ сами собою до подлежащихъ заключеній. Слѣдуя единственно только путемъ механизма количествъ, мы достигаемъ до познанія великихъ истинъ, которыхъ бы вѣроятно никогда не постигли безъ употребленія математическихъ пособій, служащихъ къ облегченію умственнаго механизма. Беремъ ли линію, образованную наклонною плоскостію на конусъ, или возьмемъ движенія Земнаго Шара? — Предложенія сіи облекаются въ знаки, и подвергаются механическому дѣйствію, не обращая вниманія на множество безпрерывно входящихъ и исходящихъ знаковъ (знаменующихъ понятія), число и отношенія коихъ не могли бы память удержать, а разумъ разобрать. Действуя свойствомъ количествъ: 2 + 2 = 4; 5 + 5 = 6; a + b = c, доходимъ наконецъ до искомой вовсе неизвѣстной истины (умозаключенія): изъ перваго предложенія получаемъ точные законы всѣхъ кривыхъ линій коническаго сѣченія; а изъ втораго открываемъ чудесные законы, по коимъ совершается ходъ солнечной системы. — Вотъ слѣдствія облегченія механическихъ дѣйствій ума нашего! —
Что же касается до примѣненія омеоскопа къ Медицинѣ, то примѣненіе сіе, способное къ весьма большому распространенію и усовершенствованію, чрезвычайно остроумно: омеоскопъ, имѣя съ одной стороны означеніе признаковъ болѣзней, а съ другой лекарства (противудѣйствія онымъ), превращенъ, такъ сказать, въ удобную таблицу, памятную книжку, лексиконъ, по коему можно не изобрѣтать, но только приписывать напередъ отысканныя и извѣстныя Врачами лекарства.
Съ другой стороны противники мнѣнія Сочинителя Взгляда приводятъ, что хотя основная идея Сочинителя справедлива, но сдѣланный изъ оной выводъ и примѣненія вовсе не точны, а слѣдовательно и прилагаемыя усилія въ изыскиваніи способовъ, къ облегченію умственнаго механизма или къ достиженію полученія изъ данныхъ понятій заключеній, останутся навсегда тщетными, ибо въ Естественныхъ и Математическихъ Наукахъ, испытывая Природу, мы познаемъ законы, по коимъ дѣйствуетъ она, при извѣстныхъ случаяхъ, въ опредѣленныхъ предметахъ. Посему мы, такъ сказать, извѣдываемъ духъ овещественный, въ каковомъ случаѣ силы Природы становятся для насъ столь же матеріальны, какъ предметъ, въ коемъ онъ дѣйствуютъ. Совсѣмъ другое происходитъ при изысканіи свойствъ и дѣйствій ума человѣческаго: они не овеществимы , по чисто духовны , самостоятельны; и хотя умъ нашъ возвышается до созерцанія самого себя, но никогда духовность онаго и чудесныя дѣйствія оной не могутъ быть представлены грубымъ матеріальнымъ процессомъ.
Предоставляя защитникамъ и противникамъ приводить доказательства къ поддержанію своихъ мнѣній, Критикамъ обѣихъ партій остается желать, чтобы Сочинитель Взгляда подробнѣе изложилъ мысль свою, съ достаточными объясненіями, какъ дѣйствій самаго процесса, такъ и ограниченій и условій, онымъ требуемыхъ.
Съ своей стороны, вполнѣ уважая всякія умственныя изысканія, и усердно желая читать скорѣе продолженіе успѣховъ по сдѣланнымъ Сочинителемъ положеніямъ и открытіямъ, я не могу при семъ случаѣ не радоваться распространенію въ отечествѣ моемъ высокихъ философическихъ познаній къ испытанію благороднѣйшей способности человѣка.
Не знал, до какой степени можетъ дойти развитіе приложенныхъ Сочинениемъ Взгляда началъ къ Медицинѣ, нельзя здѣсь не примолвить, что всѣ новыя и нѣсколько смѣлыя предположенія всегда встрѣчали безчисленныхъ противниковъ, и что многія изъ нихъ, заключая въ себѣ зародышъ истины, а иногда и родившуюся уже истину, погибли безвозвратно въ борьбѣ, неузнанными. При разборѣ умственныхъ положеній, нельзя не припомнить еще, что всѣ даже великия и теперь кажущіяся столь видными открытія, встрѣчали непріязнь, невѣніе или насмѣшки. Давно ли издѣвались надъ терминомъ Канта, нулями — Шеллинга, категоріями Гегеля, и эклектизмомъ — Кузена? Давно ли отвергали вполнѣ основательность началъ, объявленныхъ Месмеромъ, Лаватеромъ и Галлемъ? Страсти урядились, и положенія мужей сихъ, послужили къ открытію высокихъ истинъ; другія, очищенныя отъ сопутствовавшаго имъ энтузіазма, породили великия открытія въ Наукахъ.
Все сіе доводить до уваженія, и коимъ должно встрѣчать даже смѣлыя умственныя изысканія просвѣщенныхъ, руководимыхъ не честолюбивымъ самолюбіемъ, или какими-либо посторонними видами, но единственно чистою любовью къ познанію Природы и доставленію пользы человѣчеству. — Сочинитель Взгляда, въ предисловіи къ изданной имъ книжкѣ, говоритъ, что онъ почелъ обязанностію сдѣлать вѣстными публикѣ произведенныя имъ приспособленія. «Если, продолжаетъ онъ, приспособленія сіи послужатъ къ облегченію открытія полезныхъ истинъ, и въ особенности, если употребленіе оныхъ послужитъ къ скорѣйшему отысканію средствъ и пособій, долженствующихъ облегчить страданія мнѣ подобныхъ, — то это будетъ самою сладостною наградою, которой могъ бы я только ожидать за всѣ труды и изысканія, посвященныя сему предмету».
Послѣ всего вышесказаннаго, кажется, не нужно объяснять причины, заставившей меня изложить нѣсколько приведенныхъ здѣсь мыслей, родившихся при чтеніи Взгляда и помѣщеннаго въ С. Пчелѣ объ ономъ разбора весьма остроумнаго, но, по мнѣнію моему, односторонняго. Притомъ, чтобы изложенныя мысли, при всѣхъ недостаткахъ и неуверенности оныхъ, не были приписаны кому либо изъ друзей или даже знакомыхъ Автора, я считаю должнымъ объявить свое имя. Наркизъ Атрешъ.
Атрешъ Н. [Тарасенко-Отрешков Н.И.] [Разбор книги «Взглядъ на новый способъ разсужденія, при помощи машинъ для разбора понятій», соч. С. Корсакова]. // Северная пчела : политическая и литературная газета. — СПб. : Тип. Н. Греча, 1833. — № 44. — С. 175-176 [ Оригинал газеты ]